Сериал «Американская семейка» — это калейдоскоп безумных приключений типичной американской семьи, которая вроде бы пытается жить по правилам, а получается как всегда — смешно, грустно и чуть ли не гротескно. Итак, главный герой Джей Притчетт, отец семейства, который влюбился в колумбийскую красавицу Глорию, и теперь вся его жизнь — это попытки понять, как же не потерять головы и одновременно удержать семью. Вот, например, его попытки справиться с разношёрстным коллективом — от вьюжной Глории до замечательного сына Мэни — кажется, за этим следит весь мир, потому что напоминать о семейных ценностях тут как бы не к месту. Так вот, сценаристы изобрели как минимум два десятка способов показать, что даже самая идеальная маска маскирует разломы и трещины, потому что семья — это ведь не только любовь, но и полнейшее безумие. Ну и, конечно, не обошлось без причудливых героев — у Клэр есть муж Фил, который считает себя чуть ли не звездой семейного кабаре, а его сестра — столь же странная, как и их семья. Вся эта суматоха превращается в спектакль, где каждое действие — это гипербола семейных ценностей, а каждая улыбка — маска для кривых душ.

Так вот, сериал прославился тем, что он словно гротескное зеркало американской мечты, где семья — не острова спокойствия, а ковровая дорожка к безумию и смешным казусам. Итак, дети семейства, Митчелл и Камерон, которые хотят удочерить Вьетнамскую девочку, Лили, создают отдельную параллельную комедию, где каждая сцена — это как бы фарс. Так и возникает ощущение, что создатели решили снять пародию на все семейные клише, превратив их в гиперболизированную комедию. Ну, а Джей, вечно закадычный папа, которого пытаются удержать на грани безумия, при этом смеясь, как будто, чтобы скрыть свою неуверенность — вот что делает сериал запоминающимся. Итог — это карикатура на современную Америку, раздутая до размеров гиперболической трагикомедии, где каждый герой — это не более чем маска, скрывающая массу уродливых секретов. В этом безумном цирке почти в каждой серии можно отпраздновать, как юмор умеет скрывать боль, а гипербола — открывать самое страшное и смешное одновременно.